«Малые Церкви также важны»: опыт и вызовы Церквей Восточной Европы

 

Максим Гацак

Малые Церкви также важны и также имеют право на существование – в этом уверены участники Нови-Садской Генеральной ассамблее Конференции европейских Церквей из стран Восточной и Центральной Европы. О вызовах и возможностях для малых Церквей они рассказали в беседе с нами.

Как отметил православный священник доктор богословия Анджей Кузьма из Польши, преимущественно католической страны, Польская Автокефальная Православная Церковь (ПАПЦ) традиционно является церковью этнических меньшинств: ее верующие в основном имеют белорусское или украинское происхождение. Однако в связи с тем, что они все больше забывают родные языки и все больше общаются на польском, появляется проблема национальной идентичности. «Мы уже называем себя православными поляками. Иногда люди не называют себя ни поляками, ни белорусами, ни украинцами, а говорят: “Я православный”», – рассказал собеседник.

В связи с этим одной из главных проблем для ПАПЦ становится проблема языка: и литургического, которым традиционно является церковнославянский, и языка церковной проповеди. «Раньше у нас очень часто были проповеди на русском языке. По-белорусски мы говорим редко, так как это требует определенного изучения языка. Но все больше и больше говорим проповеди на польском языке, который является понятным для всех», – заявляет отец Анджей.

Однако верующие, по его словам, к этому относятся по-разному. «Одни выступают за то, чтобы все было более понятно, другие же в этом видят полонизацию, хотя и не понимают в должной мере церковнославянский язык», – заявляет священник.

«Поэтому языковой вопрос является одним из наших главных вызовов – не утратить национальные языки, но и сохранить православную веру для молодежи, которая сегодня хочет понимать, во что она верит. Но в основном задача Церкви – сохранить живую веру», – подчеркивает он.

При этом «старшее поколение, более традиционалистское, выступает все-таки за церковнославянский», добавляет еще один член польской делегации, доктор богословия Ярослав Харкевич.

Рука об руку с проблемами национальной идентичности идут и проблемы идентичности религиозной. Особенно остро этот вопрос встал после Второй мировой войны, когда православные крестьяне стали массово переселяться в города, где старались скрыть свое происхождение и, заключая браки с католиками, чаще всего переходили в католичество. Сегодня ситуация немного улучшилась, но проблема межконфессиональных браков (как и куда ходить на богослужение, где крестить и как воспитывать детей) по-прежнему остается одной из главных для ПАПЦ, уверен отец Анджей.

Вызывают опасения и участившиеся националистические марши «в честь людей, которые убили много православных жителей, которые стремились убить неполяков – тех, у кого был другой язык или другая вера». Правда, отмечает Ярослав Харкевич, как правило, эти марши организуют не местные католические жители, а приезжие из других регионов Польши.

Польские православные поддерживают отношения и с другими христианскими церквями Польши, хотя богословские вопросы обсуждаются все же не на национальном, а на международном уровне. Тем не менее, в стране есть ряд православно-католических комиссий, например, по вопросу смешанных браков. Также заседает Польский экуменический совет, в который входит большинство некатолических церквей Польши (православные, старокатолики, протестанты) и где происходит обмен опытом, разрабатываются совместные инициативы.

Чем-то схожа ситуация и с православными в Литве. Как отмечает в беседе семинарист Варшавской Духовной Семинарии, чтец Гинтарас (Георгий) Сунгайла, Православная Церковь в Литве – это также, прежде всего, церковь этнических меньшинств (русских, белорусов, украинцев). Литовцев среди православных здесь совсем мало, заявляет собеседник, сам этнический литовец.

Православные богослужения в стране проходят на двух языках: церковнославянском и литовском. При этом в последнее время число литовскоязычных богослужений растет. «Кому-то нравится, кому-то – нет, но в столице, например, уже к этому привыкли и смотрят, как на обычный факт. Большого наплыва прихожан-литовцев в приходах нет, но потребность существует, и инициатива распространяется», – добавляет он.

Что касается отношений, то они хорошие как с государством, так и с доминирующей Церковью в стране – Католической. «Межконфессиональные отношения очень хорошие, бывают экуменические мероприятия, подписывались общие декларации», – заявляет Гинтарас.

По его словам, конфессии в Литве делятся на традиционные (имеющие более чем 300-летнюю историю в стране), признанные нетрадиционные и непризнанные. К традиционным относится и Православная Церковь и, как следствие этого, она также пользуется поддержкой государства.

«Мы, православные, имеем право учить религии в школах, служить в больницах, армии и т.д. Нам вернули или компенсировали то, что отобрали коммунисты. У нас есть возможность получить разностороннюю поддержку государства», – добавляет он. Какого-либо ущемления Гинтарас не замечает.

Основные проблемы, по его мнению, которые стоят перед православными Литвы, – не религиозные, а социальные. «Из-за огромной эмиграции, особенно в провинции, приходские общины исчезают, храмы пустеют. Также есть проблемы и с низким доходом граждан, высоким числом самоубийств, потреблением алкоголя», – подчеркивает он.

А вот Евангелическо-лютеранская церковь Ингрии (ЕЛЦИ) в России, которая хотя и уходит своими корнями в начало Реформации в Финляндии и традиционным ее центром являются земли у финской границы (Санкт-Петербург, Карелия, историческая Ингерманландия), сегодня является общероссийской Церковью, заявляет викарий епископа Церкви, пастор Олав Паньчу, который сам служит в Саратове на Волге.

Также, по его словам, в России сегодня почти стерлась разница между двумя лютеранскими традициями – немецкой и скандинавской. Что касается языка, то хотя в Карелии, Санкт-Петербурге и ряде других мест и проводятся богослужения на финском языке, в большинстве приходов все-таки господствует русский.

ЕЛЦИ старается активно участвовать в жизни общества, ведет активный диалог с Русской Православной Церковью, в том числе на «различные животрепещущие темы», включая богословские, участвует в совместных мероприятиях вместе с католиками и поддерживает общение с другими протестантскими церквями. Это, уверен пастор, только помогает углублять понимание друг друга, способствует сближению и сотрудничеству.

Правда, в отношениях с властями страны есть определенные опасения. «Мы бы не хотели, чтобы принимались законы, ограничивающие нашу деятельность. На нас нет серьезного давления со стороны государственных органов, но хотелось бы меньше контроля», – отмечает Олав Паньчу. Также, по его словам, важным было бы упрощение визового режима, так как церкви была бы полезна миссионерская помощь из-за рубежа.

Согласны собеседники и с тезисом, что встречи наподобие Генеральной ассамблеи Конференции европейских церквей позволяют усилить голос церквей, в том числе и малых. Так, отмечает пастор Олав, даже в Советском Союзе благодаря активному участию РПЦ в международном диалоге по упрочению мира удалось сохранить очень много храмов, которые планировали разрушить коммунисты.

Согласен со важным значением КЕЦ для малых церквей также и отец Анджей: «Такие встречи показывают, что малые Церкви тоже существуют, что у них есть голос, что они также важны и также имеют право на существование, а доминирующая Церковь не должна диктовать свои условия другим».

Register
For event

If you request travel subsidies you must clear the planned travel with CEC beforehand!
If you need to share a room please indicate your request in the "Remarks" field below