«Малые Церкви также важны»: опыт и вызовы Церквей Восточной Европы

 

Максим Гацак

Малые Церкви также важны и также имеют право на существование – в этом уверены участники Нови-Садской Генеральной ассамблее Конференции европейских Церквей из стран Восточной и Центральной Европы. О вызовах и возможностях для малых Церквей они рассказали в беседе с нами.

Как отметил православный священник доктор богословия Анджей Кузьма из Польши, преимущественно католической страны, Польская Автокефальная Православная Церковь (ПАПЦ) традиционно является церковью этнических меньшинств: ее верующие в основном имеют белорусское или украинское происхождение. Однако в связи с тем, что они все больше забывают родные языки и все больше общаются на польском, появляется проблема национальной идентичности. «Мы уже называем себя православными поляками. Иногда люди не называют себя ни поляками, ни белорусами, ни украинцами, а говорят: “Я православный”», – рассказал собеседник.

В связи с этим одной из главных проблем для ПАПЦ становится проблема языка: и литургического, которым традиционно является церковнославянский, и языка церковной проповеди. «Раньше у нас очень часто были проповеди на русском языке. По-белорусски мы говорим редко, так как это требует определенного изучения языка. Но все больше и больше говорим проповеди на польском языке, который является понятным для всех», – заявляет отец Анджей.

Однако верующие, по его словам, к этому относятся по-разному. «Одни выступают за то, чтобы все было более понятно, другие же в этом видят полонизацию, хотя и не понимают в должной мере церковнославянский язык», – заявляет священник.

«Поэтому языковой вопрос является одним из наших главных вызовов – не утратить национальные языки, но и сохранить православную веру для молодежи, которая сегодня хочет понимать, во что она верит. Но в основном задача Церкви – сохранить живую веру», – подчеркивает он.

При этом «старшее поколение, более традиционалистское, выступает все-таки за церковнославянский», добавляет еще один член польской делегации, доктор богословия Ярослав Харкевич.

Рука об руку с проблемами национальной идентичности идут и проблемы идентичности религиозной. Особенно остро этот вопрос встал после Второй мировой войны, когда православные крестьяне стали массово переселяться в города, где старались скрыть свое происхождение и, заключая браки с католиками, чаще всего переходили в католичество. Сегодня ситуация немного улучшилась, но проблема межконфессиональных браков (как и куда ходить на богослужение, где крестить и как воспитывать детей) по-прежнему остается одной из главных для ПАПЦ, уверен отец Анджей.

Вызывают опасения и участившиеся националистические марши «в честь людей, которые убили много православных жителей, которые стремились убить неполяков – тех, у кого был другой язык или другая вера». Правда, отмечает Ярослав Харкевич, как правило, эти марши организуют не местные католические жители, а приезжие из других регионов Польши.

Польские православные поддерживают отношения и с другими христианскими церквями Польши, хотя богословские вопросы обсуждаются все же не на национальном, а на международном уровне. Тем не менее, в стране есть ряд православно-католических комиссий, например, по вопросу смешанных браков. Также заседает Польский экуменический совет, в который входит большинство некатолических церквей Польши (православные, старокатолики, протестанты) и где происходит обмен опытом, разрабатываются совместные инициативы.

Чем-то схожа ситуация и с православными в Литве. Как отмечает в беседе семинарист Варшавской Духовной Семинарии, чтец Гинтарас (Георгий) Сунгайла, Православная Церковь в Литве – это также, прежде всего, церковь этнических меньшинств (русских, белорусов, украинцев). Литовцев среди православных здесь совсем мало, заявляет собеседник, сам этнический литовец.

Православные богослужения в стране проходят на двух языках: церковнославянском и литовском. При этом в последнее время число литовскоязычных богослужений растет. «Кому-то нравится, кому-то – нет, но в столице, например, уже к этому привыкли и смотрят, как на обычный факт. Большого наплыва прихожан-литовцев в приходах нет, но потребность существует, и инициатива распространяется», – добавляет он.

Что касается отношений, то они хорошие как с государством, так и с доминирующей Церковью в стране – Католической. «Межконфессиональные отношения очень хорошие, бывают экуменические мероприятия, подписывались общие декларации», – заявляет Гинтарас.

По его словам, конфессии в Литве делятся на традиционные (имеющие более чем 300-летнюю историю в стране), признанные нетрадиционные и непризнанные. К традиционным относится и Православная Церковь и, как следствие этого, она также пользуется поддержкой государства.

«Мы, православные, имеем право учить религии в школах, служить в больницах, армии и т.д. Нам вернули или компенсировали то, что отобрали коммунисты. У нас есть возможность получить разностороннюю поддержку государства», – добавляет он. Какого-либо ущемления Гинтарас не замечает.

Основные проблемы, по его мнению, которые стоят перед православными Литвы, – не религиозные, а социальные. «Из-за огромной эмиграции, особенно в провинции, приходские общины исчезают, храмы пустеют. Также есть проблемы и с низким доходом граждан, высоким числом самоубийств, потреблением алкоголя», – подчеркивает он.

А вот Евангелическо-лютеранская церковь Ингрии (ЕЛЦИ) в России, которая хотя и уходит своими корнями в начало Реформации в Финляндии и традиционным ее центром являются земли у финской границы (Санкт-Петербург, Карелия, историческая Ингерманландия), сегодня является общероссийской Церковью, заявляет викарий епископа Церкви, пастор Олав Паньчу, который сам служит в Саратове на Волге.

Также, по его словам, в России сегодня почти стерлась разница между двумя лютеранскими традициями – немецкой и скандинавской. Что касается языка, то хотя в Карелии, Санкт-Петербурге и ряде других мест и проводятся богослужения на финском языке, в большинстве приходов все-таки господствует русский.

ЕЛЦИ старается активно участвовать в жизни общества, ведет активный диалог с Русской Православной Церковью, в том числе на «различные животрепещущие темы», включая богословские, участвует в совместных мероприятиях вместе с католиками и поддерживает общение с другими протестантскими церквями. Это, уверен пастор, только помогает углублять понимание друг друга, способствует сближению и сотрудничеству.

Правда, в отношениях с властями страны есть определенные опасения. «Мы бы не хотели, чтобы принимались законы, ограничивающие нашу деятельность. На нас нет серьезного давления со стороны государственных органов, но хотелось бы меньше контроля», – отмечает Олав Паньчу. Также, по его словам, важным было бы упрощение визового режима, так как церкви была бы полезна миссионерская помощь из-за рубежа.

Согласны собеседники и с тезисом, что встречи наподобие Генеральной ассамблеи Конференции европейских церквей позволяют усилить голос церквей, в том числе и малых. Так, отмечает пастор Олав, даже в Советском Союзе благодаря активному участию РПЦ в международном диалоге по упрочению мира удалось сохранить очень много храмов, которые планировали разрушить коммунисты.

Согласен со важным значением КЕЦ для малых церквей также и отец Анджей: «Такие встречи показывают, что малые Церкви тоже существуют, что у них есть голос, что они также важны и также имеют право на существование, а доминирующая Церковь не должна диктовать свои условия другим».



Print This Post Print This Post

Register
For event

If you request travel subsidies you must clear the planned travel with CEC beforehand!
If you need to share a room please indicate your request in the "Remarks" field below